Любовница семьи императора

125 лет назад юная балерина Матильда Кшесинская завершила свой первый сезон в Императорском театре в Санкт-Петербурге. Впереди её ждала головокружительная карьера и бурный роман с будущим императором Николаем II, о котором она предельно откровенно рассказала в своих «Воспоминаниях».


В 1890 году впервые на выпускном спектакле балетного училища в Петербурге должна была присутствовать царская семья во главе с Александром III. «Этот экзамен решил мою судьбу», — напишет позже Кшесинская.

Судьбоносный ужин

После спектакля выпускники с волнением наблюдали, как по длинному коридору, ведущему от театральной сцены в репетиционный зал, где их собрали, медленно шли члены царской семьи: Александр III с императрицей Марией Фёдоровной, четыре брата государя с супругами и ещё совсем юный цесаревич Николай Александрович. На удивление всем император громко спросил: «А где же Кшесинская?» Когда смутившуюся воспитанницу подвели к нему, он протянул ей руку и сказал: «Будьте украшением и славою нашего балета».
Семнадцатилетняя Кшесинская была ошеломлена тем, что произошло в репетиционном зале. Но дальнейшие события этого вечера казались ещё более невероятными. После официальной части в училище давали большой праздничный ужин. Александр III занял место за одним из пышно сервированных столов и попросил Кшесинскую сесть рядом с ним. Затем он указал на место рядом с юной балериной своему наследнику и, улыбаясь, сказал: «Смотрите только не флиртуйте слишком».
«Я не помню, о чём мы говорили, но я сразу влюбилась в наследника. Как сейчас вижу его голубые глаза с таким добрым выражением. Я перестала смотреть на него только как на наследника, я забывала об этом, всё было как сон. Когда я прощалась с наследником, который просидел весь ужин рядом со мною, мы смотрели друг на друга уже не так, как при встрече, в его душу, как и в мою, уже вкралось чувство влечения». Позже они ещё несколько раз случайно видели друг друга издалека на улицах Петербурга. Но следующая судьбоносная встреча с Николаем случилась в Красном селе, где по традиции летом проходил лагерный сбор для практической стрельбы и манёвров. Там был построен деревянный театр, где давали спектакли для развлечения офицеров.




Кшесинская, с момента выпускного спектакля мечтавшая ещё раз хотя бы увидеть вблизи Николая, была бесконечно счастлива, когда он пришёл поговорить с ней во время антракта. Однако после сборов наследник должен был на девять месяцев уехать в кругосветное путешествие.
«После летнего сезона, когда я могла встретиться и говорить с ним, моё чувство заполонило всю мою душу, и я только о нём могла думать. Мне казалось, что хоть он и не влюблён, но всё же чувствует ко мне влечение, и я невольно отдавалась мечтам. Нам ни разу не удавалось поговорить наедине, и я не знала, какое чувство он питает ко мне. Узнала я это уже потом, когда мы стали близки».
Когда наследник вернулся в Россию, он стал писать Кшесинской много писем и всё чаще приезжал в дом к её семье. Однажды они сидели в её комнате почти до утра. И тогда Ники (так он сам подписывал письма к балерине) признался Матильде, что уезжает за границу для свидания с принцессой Алисой Гессенской, которую ему хотят сватать. Кшесинская мучилась, но понимала, что её разлука с наследником неизбежна.

Любовница Ники

Сватовство оказалось неудачным: принцесса Алиса отказалась переменить веру, а это было основным условием брака, поэтому помолвка не состоялась. Ники снова стал часто навещать Матильду.
«Нас всё более влекло друг к другу, и я всё чаще стала подумывать о том, чтобы обзавестись собственным уголком. Встречаться у родителей становилось просто немыслимым. Хотя наследник, с присущей ему деликатностью, никогда об этом открыто не заговаривал, я чувствовала, что наши желания совпадают. Но как сказать об этом родителям? Отец был воспитан в строгих принципах, и я знала, что наношу ему страшнейший удар, принимая во внимание те обстоятельства, при которых я покидала семью. Я сознавала, что совершаю что-то, чего я не имею права делать из-за родителей. Но… я обожала Ники, я думала лишь о нём, о моём счастье, хотя бы кратком…»
В 1892 году Кшесинская переехала в дом на Английском проспекте. Наследник постоянно приезжал к ней, и любовники провели там вместе много счастливых часов. Впрочем, уже летом 1893 года Ники стал навещать балерину всё реже. А 7 апреля 1894 года была объявлена помолвка Николая с принцессой Алисой Гессен-Дармштадтской.
До самой свадьбы продолжалась его переписка с Кшесинской. Она попросила у Ники разрешения по-прежнему общаться с ним на «ты», а также обращаться к нему за помощью в сложных ситуациях. В последнем письме к балерине наследник ответил: «Что бы со мною в жизни ни случилось, встреча с тобою останется навсегда самым светлым воспоминанием моей молодости».
«Мне казалось, что жизнь моя кончена и что радостей больше не будет, а впереди много, много горя. Я знала, что найдутся люди, которые будут меня жалеть, но найдутся и такие, которые будут радоваться моему горю. Что я потом переживала, когда знала, что он был уже со своей невестой, трудно выразить. Кончилась весна моей счастливой юности, наступала новая, трудная жизнь с разбитым так рано сердцем…»ПОДЕЛИТЬСЯ— Матильда КшесинскаяНиколай всегда покровительствовал Кшесинской. Он купил и подарил ей дом на Английском проспекте, который она когда-то специально арендовала для встреч с наследником. С помощью Ники она разрешала многочисленные театральные козни, которые строили её завистники и недоброжелатели. С подачи императора в 1900 году Кшесинской легко удалось получить персональный бенефис, посвящённый десятилетию её работы в Императорском театре, хотя другим артистам такие почести полагались лишь после двадцати лет службы или перед выходом на пенсию.

Внебрачный сын от великого князя

После наследника у Кшесинской было ещё несколько любовников из числа представителей дома Романовых. Великий князь Сергей Михайлович утешал балерину после расставания с Ники. Их долгое время связывали близкие отношения. Вспоминая о театральном сезоне 1900/1901 года, Кшесинская упоминает, как за ней красиво ухаживал женатый 53-летний великий князь Владимир Александрович. В те же годы у Кшесинской завязался бурный роман с великим князем Андреем Владимировичем, при этом отношения балерины с Сергеем Михайловичем не прекращались.
«В моё сердце закралось сразу чувство, которого я давно не испытывала; это был уже не пустой флирт… Со дня моей первой встречи с великим князем Андреем Владимировичем мы всё чаще и чаще стали встречаться, и наши чувства друг к другу скоро перешли в сильное взаимное влечение»ПОДЕЛИТЬСЯ— Матильда КшесинскаяОсенью 1901 года они вместе поехали в путешествие по Европе. В Париже Кшесинская узнала, что ждёт ребёнка. 18 июня 1902 года она родила сына у себя на даче в Стрельне. Сперва она хотела назвать его Николаем, в честь своего любимого Ники, но посчитала, что не имеет права этого делать. В итоге мальчика назвали Владимир — в честь отца её любовника Андрея.




«Когда я несколько окрепла после родов и силы мои немного восстановились, у меня был тяжёлый разговор с великим князем Сергеем Михайловичем. Он отлично знал, что не он отец моего ребёнка, но он настолько меня любил и так был привязан ко мне, что простил меня и решился, несмотря на всё, остаться при мне и ограждать меня как добрый друг. Я чувствовала себя виноватой перед ним, так как предыдущей зимой, когда он ухаживал за одной молоденькой и красивой великой княжной и пошли слухи о возможной свадьбе, я, узнав об этом, просила его прекратить ухаживание и тем положить конец неприятным для меня разговорам. Я так обожала Андрея, что не отдавала себе отчёта, как я виновата была перед великим князем Сергеем Михайловичем»ПОДЕЛИТЬСЯ— Матильда КшесинскаяСыну Кшесинской дали отчество Сергеевич. Хотя уже после эмиграции, в январе 1921 года, балерина и великий князь Андрей Владимирович обвенчались в Ницце. Тогда он усыновил своего родного ребёнка. Но фамилию мальчик получил Красинский. И это имело особый смысл для Кшесинской.

Правнучка самозванца

История семьи Матильды Кшесинской не менее занимательна, чем биография самой балерины. Её предки жили в Польше и относились к роду графов Красинских. В первой половине XVIII века случились события, перевернувшие жизнь знатного семейства. И виной этому, как часто бывает, стали деньги. Прапрапрадедом Кшесинской был граф Красинский, обладавший огромными богатствами. После смерти графа почти всё наследство отошло его старшему сыну (прапрадеду Кшесинской). Его младший брат не получил практически ничего. Но вскоре счастливый наследник умер, не оправившись от смерти своей супруги. Владельцем несметных богатств оказался его 12-летний сын Войцех (прадед Кшесинской), оставшийся на попечении француза-воспитателя.
Дальнейшие события напоминают сюжет «Бориса Годунова» Пушкина. Дядя Войцеха, считавший несправедливым распределение наследства графа Красинского, решил убить мальчика, чтобы завладеть состоянием. В 1748 году кровавый план уже близился к завершению: двое наёмных убийц готовили преступление, но у одного из них сдали нервы. Он рассказал обо всём французу, воспитывавшему Войцеха. Собрав наспех вещи и документы, тот тайно вывез мальчика во Францию, где поселил его в доме своей семьи под Парижем. Чтобы максимально законспирировать ребёнка, его записали под фамилией Кшесинский. Почему была выбрана именно эта фамилия — неизвестно. Сама Матильда в мемуарах предполагает, что она принадлежала её прадеду по женской линии.
Когда воспитатель умер, Войцех решил остаться в Париже. Там в 1763 году он женился на польской эмигрантке Анне Зиомковской. Спустя семь лет у них родился сын Ян (дед Кшесинской). Вскоре Войцех решил, что может вернуться обратно в Польшу. За годы его отсутствия ушлый дядя объявил наследника умершим, а все богатства семьи Красинских забрал себе. Попытки Войцеха вернуть наследство оказались напрасны: воспитатель при побеге из Польши взял не все документы. Восстановить историческую правду в городских архивах тоже было трудно — многие бумаги оказались уничтожены в ходе войн. По сути, Войцех оказался самозванцем, что сыграло на руку его дяде.
Единственное, что сохранилось у семьи Кшесинской в доказательство их происхождения, — кольцо с гербом графов Красинских.
«И дед, и отец пытались восстановить утерянные права, но это удалось лишь мне после смерти отца». В 1926 году великий князь Кирилл Владимирович присвоил ей и её потомству титул и фамилию князей Красинских.
« Как убивают молнии
Подтверждено: клонирование безопасно! »
  • +26

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

0
Сама Матильда имела полное право на написание «Воспоминаний». Но давать лишь отдельные выкладки и безжалостно обрывать подобное эссе… Лучше бы закончили рассказ про замечательную балерину фантастическим воспоминанием очевидцев, как она улыбнулась, да ещё и подмигнула кому-то, будучи в гробу!!!
0
Вне всякого сомнения очаровательная была женщина. И всё же бесконечно её жаль — мужчины видели в ней скорее игрушку, чем личность. Подобное случалось во все времена, есть и сейчас… Непонятно только зачем понадобилось ворошить и выставлять на показ эти близкие отношения. Дескать, монаршие особы были в чём-то обычными людьми?.. Прямо скажу — не по-царски это. Впечатление, что автор выкладки не знал любви и сердечного трепета. Нежнее надо повествовать об этом, деликатнее. Да и стоит ли вообще лезть в чертоги, куда вас не приглашали? Вот она нынешняя пресловутая «свобода» — с её вседозволенностью, а порой и откровенным глумлением над красотой искренних чувств!!!
-1
Хорошая любовница — дорогого стоит..!