Численность бурых медведей по всей России резко растет. Если верить СМИ, в 2026 году они еще и очень часто атакуют людей — во многом из-за вырубок лесов, которые сильно усложняют зверям жизнь.
Правда, статистика говорит о другом: этот год далек от рекорда, да и площадь лесов растет. Что происходит на самом деле и почему атак медведей через несколько десятков лет может стать кратно больше, причем вплоть до Московской области?
Число медведей в России за постсоветский период выросло в разы. В таких условиях первый же серьезно дефицитный по кедровому ореху год не мог не привести к острым конфликтам с людьми. Но впереди нас ждут еще более жесткие события, связанные с медведями / © Wikimedia Commons, NPS Photo, Jacob W. Frank
По последним данным, атаки медведей в России повлекли гибель 28 человек — примерно за полгода активности бурых мишек в стране. Это вызвало серьезное беспокойство в обществе. СМИ так и пишут: «Кровавая осень: десятки погибших — как Россия дошла до медвежьего кризиса».
Вопреки всему хайпу, число это не имеет никакого отношения к рекордам. Шок вызван тем, что у нас нет и никогда не было централизованного учета числа людей, убитых медведями. Как констатировал Михаил Кречмар, редактор «Русского охотничьего журнала», кандидат биологических наук: данные о количестве погибших собирают только энтузиасты типа него самого.
«Общее число жертв от столкновений между человеком и медведем у нас в стране стабильно колеблется между 30 и 80 людьми. То есть 30-80 трупов каждый год». — Михаил Кречмар, охотовед, редактор «Русского охотничьего журнала»
Как же быть с заявлениями авторов научных работ типа вот этой — о том, что в России от медведей гибнут всего несколько человек в год? Просто загляните в методологию этой оценки. Мы, пишут авторы, сложили данные из шести книг, 22 научных работ и 527 «сообщений в СМИ». Чтобы найти их, как честно признались исследователи, они вводили в «Яндексе» запросы типа «нападения медведей». Точно таким же гуглежом по СМИ считали убитых медведей в России и авторы других научных работ.
Дело раскрыто: материалы на эту тему пишут люди, которые опираются на сообщения журналистов. Надежность таких данных низко оценивают и сами работники СМИ. Проще говоря, Кречмар и ему подобные (он один убил с 1986 года десятки медведей, шатавшихся у населенных пунктов) просто ближе к событиям, чем те источники, на которые опираются авторы научных работ.
Картина гибели человека в тайге часто включает поход туда за небольшим зверем (не медведем) и последующее возвращение окровавленной собаки без хозяина. Тайга большая, после малейшего снегопада найти убитого шатуном охотника сложно. Не проще найти его и до того, как ляжет снег (а ведь убивают не только шатуны). Неудивительно, что юридически доказательного убийства человека медведем в этом случае нет. А вот обглоданный медведем костяк вполне может быть. Естественно, что госорганы не зарегистрируют такие события как атаку медведя. Если бы и зарегистрировали, мы бы об этом не узнали, поскольку такие ряды данных за многие годы никто из них не публикует / © drive.ru, somebody
Медведи 30-40 лет назад не раз и не два убивали по 80 человек в год, а сейчас только 28. Значит, с медведями все хорошо, проблем нет?
Напротив: можно быть уверенным, что число таких убийств в этом веке превысит уровень 2026 года — и чем дальше, тем чаще. Несложно спрогнозировать, что это начнется и в Подмосковье, а потом и в тех областях России, где медведей пока нет. Не секрет, что достоверный след медведя несколько лет назад встретили в 53 километрах от Кремля — рядом с парком «Патриот».
Почему медведи ломанулись к людям именно в 2026 году?
Чаще всего в СМИ ответ на этот вопрос звучит так: «Причина, по мнению ученых, в самом общем виде формулируется как накопленная деградация естественной среды обитания вида». Регулярно говорят о том, что вырубки и пожары уничтожили места обитания медведей, вот они и тянутся в города.
У читателей Naked Science со стажем эта версия не может не вызвать вопросов: мы регулярно констатируем, что по спутниковым снимкам и научным оценкам лесов в России все больше и больше. Никакие вырубки и пожары этот процесс остановить не могут, поскольку объем лесов вверх толкает намного бóльшая сила, о которой мы писали здесь.
Распространена точка зрения, что зверю негде жить — все повырубили, все выжгли. Это мнение дилетантское и абсолютно не соответствует истине. Зарастающие вырубки — естественная часть наших биоценозов, и они более кормные (дают больше корма на гектар, чем зрелый или перестойный лес. — Прим. ред.) как для медведя, так и для копытных. — Виктор Степаненко, известный биолог-охотовед
Те из исследователей, кто судит о происходящем не с университетской кафедры, а после конкретной работы с медведями, удивлены не меньше наших читателей. Ясно, что причина в другом. Попробуем выяснить: бывало ли такое в прошлом?
Оказалось, массовый выход медведей к людям в 2026 году не новость. Совершенно то же самое писали в прессе за 1926-й:
«В печати тогда появилось немало заметок об увеличении численности, о кочевках и агрессивности медведей. В. Е. Ушаков (1926) писал, что уже много лет в Тарском округе не бывало такого множества медведей. Старые опытные охотники объясняют массовое появление их тем, что… в нынешнем (т. е. 1926) году „не уродилась ягода“ и медведи прикочевали… в поисках пищи… Медведи, по словам В. Е. Ушакова, терроризировали население…» — А.Н. Формозов, советский зоолог, 1970-е годы
Точно такая же ситуация была в 1931 году, а потом и в 1962-м. И снова, как констатирует ученый прошлого века, «причину этому нужно видеть в слабом урожае или полном неурожае кедровых орешков и связанном с этим широком бродяжничестве медведей».
Людоедские приключения всего одного медведя в начале 1960-х годов показывают, что в 2026-м до края еще очень далеко. Но, бесспорно, со временем он будет становиться все ближе / © А. Н. Формозов
Проверим погодные сводки Сибири за 2026 год: не было ли майских холодов, столь негативно сказывающихся на урожае кедрового ореха и ягод в тайге? Были. Вот о них пишут сразу в нескольких регионах Сибири 18 мая, вот 20 мая заморозки в Иркутской области, вот 23 мая — в Красноярске. Итоги: весенняя погода обнулила число кедровых шишек, и в 2027 году их тоже будет мало. Охотоведы констатируют это на огромном пространстве от Алтая до Забайкалья.
Тайга Сибири — не леса европейской части страны и не «лососевое» побережье Камчатки. Кроме стланника, других зажировочных кормов августа-сентября у медведя там почти нет. Нет ореха — есть выход к поселениям за едой. Эта закономерность работает настолько хорошо, что стоит убедиться: а не было ли поздних майских заморозков и в 1986-1987-х, и в 1996-м, на которые, по словам Михаила Кречмара, приходились пики по числу людей, убитых медведями?
Да, были: тут можно поменять даты и убедиться в этом для Красноярска (майские заморозки вплоть до 30-го числа для всех трех годов), тут — для Иркутска, ну и, поменяв город вверху страницы, то же самое можно установить для каждой нужной вам точки Сибири. 1962 год, о котором говорит Александр Формозов? Та же история, в чем легко убедиться по тем же ссылкам. 1926 год? До минус семи в конце мая в тех же местах.
Итак, мы переоткрыли то, что советский зоолог Формозов знал за много лет до нашего рождения: заморозки в мае — это дефицит кедрового ореха и многих ягод. Значит, без них медведь не нагуляет жира. То есть еще весной 2026 года можно было предсказать, что он будет бесчинствовать летом и осенью.
Если бы кто-то читал все эти научные книги, можно было бы каждую весну осматривать завязи кедровых орехов и определить, начинать ли заранее отстрел медведей. Но на деле никаких превентивных отстрелов хоккайдских масштабов нет, не было и не будет / © А. Н. Формозов
В то же время было бы неверно списывать на неурожай ореха 100 процентов медвежьей проблемы. Медведи убивают людей и в европейской части России, где от кедрового ореха (которого там нет) они не зависят. Да, частота атак там на порядок ниже, ведь в европейской части теплее, корма разнообразнее, медведь не зависит от неурожая одной «монокультуры», голод не может атаковать его так же сильно, как в восточной части. Но атаки есть, и их больше, чем в 2025 году. Почему?
Медведологи не знают, почему происходит «аномальный рост числа медведей». А кто знает? Важнейшие показатели, без которых не понять вопрос: в 2000 году медведей в России было 126 тысяч, а в 2026-м — 308 тысяч. Более того, специалисты-охотоведы честно отмечали: реальная численность этих животных может быть выше в два-три раза.
Существующие методы учета без видеоловушек (по следам) позволяют понять, что зверя стало в 2,5 раза больше за 26 лет (следов-то встречают кратно больше), но они затрагивают только меньшую часть «медвежьего айсберга». Там, где считали с видеоловушками, косолапых было в разы больше, чем их насчитывали до этого, по одним следам.
Специалисты прямо заявили: мы не знаем почему, но медведей становится много больше. Возьмем одного из самых уважаемых специалистов-практиков по медведям Михаила Кречмара. Он честно признал: 15 лет назад у медведицы в России было 2,2 медвежонка, сейчас норма — 2,5-2,8. Четыре и даже пять — уже давно не исключение.
Проще говоря, медведицы стали рожать больше, чем раньше. Отчего?
«Мы не знаем, почему это происходит. И долго ли это будет происходить», — констатировал кандидат биологических наук.
Неудивительно. Проблема численности медведя основана на процессе, который в нашу эпоху неизвестен узкому специалисту. Мы добавим: точно по тем же причинам быстро растет в России численность лис, шакалов и много кого еще. Дадим прогноз: количество всех этих животных будет расти на длительных отрезках весь этот век и начало следующего.
Именно бурный рост численности медведя стал базой, из-за которой он стал чаще встречаться с человеком. Просто до голодного по кедровому ореху 2026 года эти встречи реже были смертельными.
Проблема демографического бума бурого медведя давит не только на людей. Бурые мишки движутся во все стороны. Уже шесть лет на острове Врангеля фиксируют случайно забредшего туда по льду одиночного бурого медведя, хотя обычно там живут только белые.
Несколько лет назад этот медвежий Колумб забрался на остров Врангеля, предположительно пройдя по льду не менее полутора сотен километров. Там он отлично устроился и процветает. Бурые медведи наступают во всех направлениях, потому что матери рожают их все чаще, но вот почему они это делают? Причина совсем не в гибели лесов и не в деградации экосистем. Ее природа такова, что специалисты по медведям не просто так признаются: мы не понимаем причин происходящего / © Wikimedia Commons
Миграции в новые места после демографического бума приходят в огромной степени из-за особенностей этого вида. Молодые самцы пытаются утвердиться на новой территории, поскольку старые часто заняты. А победить медведя на несколько лет старше и много битв опытнее у молодого самца шансов немного. Вот и приходится отправляться в дальний путь.
Именно поэтому еще не так давно медведь в Московской области отсутствовал. Сегодня это объект регулярных наблюдений. При нынешней государственной политике можно смело прогнозировать, что их там будет кратно больше еще до середины этого века.
Так в чем же причины медвежьего бума?
Чтобы разобраться в обстановке, надо выяснить, где медведя много и почему. Если мы берем крупные территории — то, пожалуй, лучше всего им на Хоккайдо. Ни один сравнимый по размерам российский регион, ни даже Аляска не имеют такой плотности медведей, как этот японский остров. Дело явно не в лососевых реках: на Камчатке или Аляске их не то чтобы меньше.
Причина в биологии зверя. Медведь всегда выберет животную пищу, если может взять ее без крайнего риска. Но, в отличие от людей (конечно, нецивилизованной их части), он не способен догнать и тем более загнать беговым преследованием взрослое и здоровое копытное. А растительная пища от него не убежит.
Карта плотности медведя хотя и за 2013 год, верно показывает соотношение встречаемости его следов в России. На ней очень легко видеть, что плотность этого зверя в среднем (разумеется, учитывая разное удельное давление со стороны охотников) выше в более благоприятных климатических условиях / © Wikimedia Commons
Чем южнее регион, чем выше там средняя температура, тем больше растительная биомасса на гектар. Конкретно в случае Хоккайдо важнейшая еда медведей, судя по вскрытиям желудков отстрелянных, — в конце лета кукуруза (здесь ее выращивают на корм), осенью — желуди. Оленина в их желудках, как считают местные ученые, в основном от трупов японских оленей, застреленных охотниками, чтобы копытные не слишком сильно ели посевы.
Большие урожаи как диких, так и культурных растений дали медведю такую кормовую базу, что его численность там растет примерно как в России. В 1990 году хоккайдских мишек было 5200, сегодня — 12 200. Не потому, что их, как у нас, ленились отстреливать. Напротив: на небольшом острове медведей отстреливают по тысяче в год. А в 2025 году их застрелили 2,1 тысячи. То есть японцы убили каждого шестого своего бурого медведя всего за год. Ничего даже близко подобного в известной истории нашей страны не было вообще никогда.
Для сравнения, в России в 2025 году убили 12 700 медведей, одного из 24. То есть за прошлый год мы отстали от Хоккайдо в смысле интенсивности отстрела в четыре раза.
Но, несмотря на сверхинтенсивные отстрелы, люди на Хоккайдо все равно погибают. В прошлом году косолапые убили там двух человек, но бывало и по четыре (в 2021 году). Это от 1 на 2,5 миллиона до 1 на 1,25 миллиона жителей острова. В России, напомним, в этом году один убитый медведем на 5,35 миллиона жителей. То есть много ниже, чем на Хоккайдо в прошлом, не то что в 2021 году.
Получается, даже отстрелы сверхвысокой интенсивности не решат проблему человеческих смертей. Если у бурого бум, людей все равно будут убивать.
Как только мы поймем роль растительности в жизни медведя, тут же станет ясно, отчего его так много на Хоккайдо и почему у него сходный демографический бум в нашей стране. Напомним факты, давно известные читателям Naked Science: площадь листьев на планете с 1980 года растет, а с ней и общая биомасса наземных растений. Согласно подсчетам ученых, по ее первичному приросту мы живем в самую продуктивную эпоху за последние 54 тысячи лет. Этот процесс называется глобальное озеленение, и на проработанной научной базе был впервые предсказан советским климатологом еще в 1980-х годах.
В начале XXI века по спутниковым снимкам площадь листьев росла на 2,3 процента в десятилетие. Только за 2000-2017 годы земной листвы стало на 5,4 миллиона квадратных километров больше. Но площадь листьев росла и до этой даты, а в 2020-х рост еще и резко ускорился. Что особенно важно, биомасса растений увеличивается еще быстрее, чем площадь листьев. За первые два десятилетия века она выросла на 10 миллиардов тонн в пересчете на сухой углерод — это десятки миллиардов тонн в зеленой массе. Конкретно в России биомасса лесов только за 1988-2014 годы выросла на 36 процентов (причем это без полного учета бывших сельхозземель, ныне заросших лесом).
Скорость глобального озеленения в различных частях мира за 2000-2017 годы. Хорошо видно, что в России ему еще есть куда расти. По мере потепления климата скорость этого процесса в нашей стране поднимется до монгольской или даже турецкой / © Wikimedia Commons
Медведи едят не абстрактную биомассу растений: они чаще всего поедают их плоды. По мере глобального озеленения масса плодов растет по скорости близко к общей биомассе растений. Примерный прокси тут — скорость фотосинтеза. За те периоды глобального озеленения, по которым у нас есть данные, она растет на 4,7 процента за 10 лет.
Вроде бы немного. Но если мы умножим эту цифру на 4,6 десятилетия, которые прошли с начала глобального озеленения, то получится, что фотосинтез стал протекать процентов на 20 активнее, чем в 1970-х. То есть каждый год земная зеленая биомасса прирастает на десятки миллиардов тонн больше, чем полвека назад.
Особенно важно понимать, что глобальное озеленение и сегодня, и в будущем сильнее всего затрагивает именно высокие широты: в нижних и так довольно тепло, поэтому площадь листьев в тропиках (самая нижняя кривая) вырастет куда меньше, чем в высоких широтах (самая верхняя кривая), где лежит основная часть России. Это значит, что медведь, рысь и иные амурские тигры получили и получат от глобального озеленения много больше, чем ягуар из Никарагуа или индонезийский тигр / © Shilong Piao
Это огромная цифра.
Становится очевидно: медведь с его привязкой к растительной пище и должен резко увеличивать свою численность. Детей у него будет становиться все больше. Вариантов нет: быстрый рост фотосинтеза по всей планете за считаные десятки лет делает неизбежным бум растительноядных. Включая и тех, которых медведь ест, конечно.
Как изобилие растительной пищи сочетается с его выходами к людям? Все довольно просто: в отличие от экваториальной зоны, погода в умеренных широтах существенно менее стабильна. Нетипичные весенние холода или летние засухи иногда уменьшают урожайность кедрового ореха. И 2026 год — как 2013-2014-е, например, или 1986-1987-е — именно такой.
Кедровый орех важен для азиатской части наших медведей потому, что это его главный зажировочный корм. То, что он ест, чтобы набрать массу перед зимней спячкой. На Камчатке вместо него будет есть лосося, но в Красноярском крае или на Алтае с лососем туго. Поэтому без кедрового ореха медведь испытывает нехватку еды. Не в том смысле, что он физически истощен, а в том, что не успевает набирать жир осенью в том темпе, чтобы без опаски лечь спать в берлогу.
Отсюда и рост активности. Но повторимся: не надо думать, что она рекордная. У нас от бурых мишек погибают от 30 до 80 человек в год. Причем 80 убитых были очень давно, в 1980-1990-х, когда медведей было в 2,5 раза меньше, чем сегодня.
Ощущение, что все плохо, что медведи озверели и лезут на людей, возникло потому, что в 1980-х или даже в 2010-х СМИ жили с кликов куда в меньшей степени, чем в 2026 году. Сегодня же работнику медиа даже не надо ехать куда-то в тайгу, чтобы узнать, сколько людей в этом сезоне съели мишки. Достаточно полистать соцсети, чтобы набрать материала для сенсаций.
Как с этим бороться?
Кажется, вопрос глупый: отстреливать! Вот при СССР же отстреливали, все было хорошо. К сожалению, этот простой ответ неверен.
Дело в том, что показатели отстрела по СССР довольно-таки слабые. В 1980-х медведей в нашей стране убивали не сильно больше, чем сейчас. Это вполне хоккайдские цифры. Только на Хоккайдо бурых мишек 12 тысяч, а в СССР было около сотни тысяч. Когда люди говорят «вот при КПСС медведь не озоровал», цифры с ними не соглашаются: в 1986-1987 годах он убивал по 80 человек в год — кратно больше, чем сейчас.
То есть даже в советское время, когда охотников со специфическим опытом поиска и убийства медведя было много, он стабильно атаковал людей по всей стране. И убивал их чаще, чем сегодня.
Современная ситуация в смысле отстрелов хуже советской. Медведей кратно больше, охотников кратно меньше. В 1980-х мужчин, готовых идти в тайгу, неделями спать не пойми где, мыться не пойми как и искать опасных животных, было много. Сегодня это глубоко немодное поведение. Люди из прежних эпох вымирают, люди из нашей эпохи все меньше и меньше способны к напряжению и сознательному снижению уровня своего комфорта.
И дело не только в комфорте. В сентябре 2026 года в Вологодской области при охоте на медведя погиб известный охотник и охотовед Владимир Краев. Человек знал, как обращаться с оружием, знал, как искать медведя и не дать ему напасть на себя внезапно. Но раненный им зверь перед смертью смог отомстить за себя — и человек умер. Убитые или заживо оскальпированные медведем охотники были обычным явлением и при СССР, даже среди опытных медвежатников.
Мы серьезно думаем, что сможем рекрутировать среди наших современников много людей, готовых на такой риск?
В будущем ситуация дополнительно усугубится, потому что в стране (да и мире) у нашего вида, в отличие от медведей, происходит демографическая катастрофа. Население России в этом веке абсолютно неизбежно упадет на десятки миллионов человек — до уровня XIX века. А судя по нынешним демографическим инициативам властей, они не понимают природу происходящего настолько, что шансы остановить этот процесс равны нулю.
Никогда не надо недооценивать мозг этого хищника. В отличие от всех высших приматов (кроме людей) он, после обучения, отлично водит неадаптированные мотоциклы. Что не так-то просто, если учесть, что он видит примерно как человек со зрением минус пять. Был прецедент, когда он использовал мотоцикл для бегства с территории цирка. Поэтому не надо, к примеру, думать, что ему не хватит ума выбить стекло в вашей машине и она вполне надежно защитит от него / © Wikimedia Commons
В теории государство должно осознать это и создать какие-то госструктуры, нацеленные на поиск медведей близ населенных пунктов с дронов — с их дистанционным уничтожением. Через 25 лет найти мужчину, легкого на подъем в тайгу, будет намного сложнее, чем сейчас. Найти того, кто с пульта перед офисным креслом отстрелит медведя, радикально проще.
Как второстепенную по значению меру можно принять американо-канадский обычай крупно штрафовать глав муниципальных образований, на чьих мусорках находят медведей. Не секрет, что медведеустойчивые мусорные контейнеры давно существуют. Но еще не секрет (из опыта тех же Канады и США), что без штрафов их никто никогда не будет устанавливать.
В то же время это мера сугубо вспомогательная. Когда в тайге неурожай кедра, медведь пойдет в поселения все равно — не чтобы покопаться в помойке, а чтобы съесть собаку, овцу или их хозяев.
Но исходя из опыта принятия нашим государством решений в сложных с научной точки зрения вопросах, на практике обеих описанных выше мер не будет.
Прекрасная медвежья Россия будущего
Наиболее вероятный сценарий другой: медведи и дальше будут расти численно, поскольку глобальное озеленение, по разобранным вот здесь причинам, не остановить.
Государство будет по-прежнему консультироваться у специалистов по медведям, а те ответят: «Мы не знаем, почему это происходит. И долго ли это будет происходить». Поэтому госаппарат не выработает никакой работающей стратегии, кроме упрощения разрешений на отстрел медведей и премий за них.
Справа вымерший 1,8 миллиона лет назад короткомордый медведь из Африки. Масштаб на картинке — не ошибка, этот зверь был намного крупнее современного бурого. Ранние Homo существовали с ним в одном ландшафте. Что не может не вызывать серьезного уважения к их способностям / © Wikimedia Commons
Это не закроет вопрос, а лишь смягчит его. Потому что госаппарат не вспомнит вовремя про ценностные и демографические изменения в обществе, из-за которых никакие премии не заставят людей массово подставлять свой скальп под медвежью лапу в глухих лесах.
Поэтому почти наверняка численность медведей в России в XXI веке перешагнет за миллион. Постепенно они распространятся и южнее Московской области, зайдут в лесостепные регионы (в азиатской части страны это уже случилось), станут практически повсеместны. А удельная смертность населения от медведей вырастет до хоккайдской, то есть в разы. Вопрос только, когда это случится — уже в 2040-х или после 2060-х.
Государство не поможет. А что можем сделать для обороны от медведя лично мы?
Первое, с чего надо начать: медведь силен. Да, есть истории, когда взрослый крепкий мужчина смог отбиться от него руками. Но обратите внимание: там почти везде медведицы защищали своих детей, рядом с которыми внезапно увидели человека. Ну или молодые медведи. И те и другие по личным качествам серьезно отличаются от наиболее часто атакующего человека косолапого субъекта — бурого медведя-самца.
Он более рисковый и склонен продолжать бой, даже получив серьезные повреждения. Этот зверь регулярно дерется с себе подобными за территорию или чтобы отогнать чужого самца от самки, с которой спаривался. С возрастом самец медведя становится опытнейшим и умелым бойцом, который будет продолжать драться, даже умирая.
Русская поговорка недаром гласит: «Идешь на медведя — постель [носилки] готовь». Это не леопард, которого даже 70-летний мужчина с крепкой психикой вполне может убить голыми руками.
Медведь выглядит громадным, особенно вблизи. Но площадь тех частей тела, попадание в которые убьет его, очень мала. Недостаточно попасть точно в голову: пуля в челюсть, нос или ухо страшно злит его, но не убивает в разумные сроки и не пугает. Попасть нужно именно в мозговую часть черепа, общая площадь лобовой проекции которой как у кружки на вашем столе. Попробуйте попасть в кружку из огнестрельного оружия с десяти метров. Сразу после этого вы поймете, почему некоторые медвежатники подпускают зверя на пять метров. А что, если вы промахнулись? Тогда вы попадете в то исторически крупное множество оскальпированных медведем людей, которые не смогли поразить его с одного выстрела. Если их товарищи по охоте все же успеют добить зверя, оскальпированные ходят оставшуюся жизнь в шапке, чтобы люди рядом с ними не падали в обморок от зрелища пульсирующих кровеносных сосудов черепа, не прикрытых кожей / © Wikimedia Commons
Но и огнестрельное оружие типичному россиянину не поможет. Если не попали ему в мозг или позвоночный столб, даже ружье 12-го калибра не помешает зверю убить вас и только потом истечь кровью. А людей, в нервной обстановке попадающих в цель размером с кружку на 10 метрах, в стране очень мало.
Вряд ли стоит из-за медведей упрощать оборот оружия и массово учить стрелять в голову. Поясним нашу мысль на примере США: только из-за неосторожного обращения с оружием там в 2023-м — 542 погибших. Всего от огнестрельного оружия в Штатах гибнут 44 тысячи в год. Большинство из этих десятков тысяч смертей — от легального, зарегистрированного оружия.
Перенесем этот ад в Россию. Мы действительно хотим снизить число убитых медведями с 28 человек до нуля ценой ежегодных потерь как за полтора года Русско-японской войны?
Если вы все еще надеетесь на ПМ при встрече с медведем, взгляните в глаза его черепу. Глазные каналы, как и ушные, перекрыты довольно толстой костью: маломощный патрон физически не пробьет их: они выработаны эволюцией для того, чтобы мощнейшие когти медведей-конкурентов не смогли при ударе попасть в мозг. Помните, что в критической ситуации попасть надо в самую верхнюю часть этой массивной черепной коробки. Вы уже задумались о стрельбе в сердце? Тогда стоит помнить, что в отличие от человека, этот зверь после прямого пулевого в сердце может пробежать до сотни метров. В вашу сторону. Про стрельбу по легким лучше сразу забыть / © Wikimedia Commons
Итак, остаются нелетальные средства. Начнем с того, что не работает. Бежать — неэффективно. Можно залезть на дерево: взрослый бурый медведь побаивается туда лезть, так как знает, что он тяжелый и ветки могут обломиться. Но среднестатистический городской житель просто не умеет лазать по деревьям. Физически способен, но практики нет, а без нее недолго и убиться, сорвавшись. Еще у страха глаза велики, а если вы приняли молодого медведя за старого, то зверь может последовать за вами наверх без опасения упасть с обломившейся ветки.
Отличительная особенность американских перцовых баллончиков против медведя в большом внутреннем давлении и большем радиусе распыления. Но это совсем не значит, что его защита надежна. Кстати, если ветер дует в лицо, человек может оказаться в ситуации, когда он ничего не видит, а рядом медведь / © Wikimedia Commons
Перцовый баллончик — середина на половину. В теории он работает, но известная гибель фотографа Николаенко от камчатского медведя произошла несмотря на то, что он опустошил по мишке импортный баллон с таким содержимым (смесь специально против гризли). Отечественные производители таких баллонов хуже, поэтому защита не лучшая.
Как ни странно, приличные шансы, отмечают многие охотоведы, дает обычный спортивный свисток. Из-за специфики звука даже очень боевой медведь, как правило, пугается, поскольку не понимает, что это и откуда идет. Свисток дешевый, не занимает места, невесом. Но лучше весь поход в лес держать его на шее или в кармане. Искать в рюкзаке, когда медведь уже рядом, — плохая идея. Есть еще пневмогорны, но они больше и таскать их собранными в кармане сложно.
Хороший вариант даже против белого медведя — фальшфейер. Но добыть его сложновато. То, что продается в магазинах, работает или плохо, или никак. Отлично работает только то, что называется «сигнал бедствия ночной». Их много у моряков, но в легальной продаже мало.
Стандартный пневмогорн имеет отделяемую верхнюю часть, что теоретически позволяет носить его разобранным в крупном кармане. На практике соединять верх и низ при внезапном столкновении с медведем может не хватить времени. Его в таких ситуациях почти всегда не хватает / © Wikimedia Commons
Резкое отличие от суррогатов из магазинов — масштаб пламени (мощный факел) и звук. Да, мы знаем, что в онлайн-магазинах тоже продают вещи с такими заявленными параметрами (не ниже 15 000 кандел красного огня и не менее 60 секунд горения). К сожалению, не всегда можно верить заявленным параметрам.
Минусы тоже есть: чтобы отпугнуть наверняка (фальшфейер одноразовый, второго шанса не будет), нужно инициировать его и бросить между вами и медведем на дистанции не более пяти метров.
Среднестатистический современный человек для такого недостаточно психически устойчив. Большинство не смогут хладнокровно подпустить медведя на эту дистанцию — бахнут раньше, отчего устройство может не сработать.
Еще можно снять куртку и поднять над головой, включить громкую и резкую музыку на телефоне. Но это советы из серии «если у вас ничего нет, а жить-то хочется». Лучше до такого не доводить.
Особенно важно всегда помнить: есть два медведя. Один медведь — животное из сытого года, когда есть ягода, кедровый орех или лосось. Он не будет вас атаковать, если вы не перепугаете его (или медвежат). И есть второй медведь: он отчетливо понимает, что ему не хватает жира, чтобы пережить зиму. Это отчаявшийся до крайности и чрезвычайно агрессивный (самец) или хитрый (самка) зверь.
У проблемы избыточного числа медведей есть вполне биологическое решение: их не бывает слишком много там, где живет амурский тигр. Причину несложно понять: в каждом двенадцатом образце экскрементов тигра находят следы съеденного медведя. По мере потепления и глобального озеленения тигры в этом веке испытают взрывной рост популяции и начнут стремительно двигаться на запад и север. Проблема только в том, что это решение ничуть не менее своенравное и непредсказуемое, чем сам медведь / © Wikimedia Commons
Свисток отлично сработает в первом случае. А вот при встрече со вторым зверем куда надежнее фальшфейер и еще более радикальные средства. Именно такой медведь ходит по Сибири в 2026 году и будет ходить по Сибири в 2027-м.
Еще немного о готовности: медведь не единственное животное, чье число растет и будет расти из-за глобального озеленения. В России за последние годы резко выросло количество лис (они уже никого особо не удивляют и на улицах Москвы), енотов, лосей и многих других видов. Опосредованно, за счет травоядных, больше станет и волков, и вообще всех диких млекопитающих.
Стоит отметить, что национальные традиции в смысле боеприпасов, действительных по бурому медведю, неоднозначны. В США рекомендуют пули для дробовика массой от 28 грамм. В нашей стране многие убеждены, что для дистанции меньше 10 метров лучше картечь. Третьи считают, что универсальных рекомендаций при стрельбе по медведю быть не может и некоторая вероятность не остановить его вовремя есть всегда / © Wikimedia Commons
То есть фактор резкого роста числа живых существ стоит учитывать и тем, до кого медведь еще не дошел. Это не то чтобы какая-то ужасная опасность. Все дикие животные России в 2026 году убили в десятки раз меньше мирных граждан, чем, скажем, беспилотники, не говоря уже о водителях автомобилей.
Но эту угрозу тоже надо учитывать и принимать контрмеры. Причем личные, ведь меры общественные будут такими же низкокачественными, как и с медведями.