9 невзгод, которые выпадали на долю средневековых рыцарей

Забудьте о пышных балах и танцах с дамами — в жизни настоящего воина больше тягот, чем романтики.

1. Опасная, а иногда и напрасная подготовка



Вольфрам фон Эшенбах и его оруженосец. Codex Manesse, XIV век

Если вы думаете, что рыцарем человек благородного происхождения становился за красивые глаза, то ошибаетесь. Юноше, который намеревался скакать на коне и совершать воинские подвиги (ну или грабить и унижать простолюдинов, смотря что предпочитаете), требовалась специальная подготовка.
Её начинали, когда будущим шевалье (фр. chevalier, всадник) было 7–10 лет. Дети дворян становились пажами и приписывались на службу к какому‑нибудь более знатному рыцарю.
Естественно, сразу сажать их на коня и вручать пику тот не спешил, а давал воспитанникам более полезные задания. Например, пажи помогали господину одеться, прислуживали за столом, чистили его оружие, работали в конюшне. Это не считалось унизительным — напротив, быть мальчиком на побегушках у крутых парней в броне было в своём роде делом почётным, хотя и утомительным.


Оруженосец, чистящий доспехи. Картина Дж. Матуйсена, XIX век

К 14 годам пажа переводили в оруженосцы. Для этого он должен был овладеть семью «искусствами ловкости». В их число входили фехтование, борьба, стрельба, верховая езда, плавание и ныряние, скалолазание, прыжки в длину, турнирные бои и танцы. Некоторые умники добавляли в перечень шахматы, охоту, умение читать стихи и галантно вести себя с благородными леди.
Если вы заметили, пунктов больше семи — потому что каждый ментор учил своего подчинённого так, как считал нужным.
Вообще у рыцарей, часто получавших по голове булавами, были проблемы с логикой и математикой. И искусств семь только потому, что это красивое число.
Где‑то между уборкой конского навоза и полировкой мечей находилось место изнурительным тренировкам. Боевая подготовка была тяжёлой и травмоопасной. Тренировочные доспехи и оружие намеренно делались тяжелее боевых — иногда вдвое. Они могли весить до 40 килограммов. Это было нужно, чтобы развивать выносливость, а также уменьшить опасность покалечиться в спарринге.
К 18–21 годам оруженосца наконец посвящали в рыцари. Перед этим кандидат проводил бессонную ночь в молитвах, заново крестился, исповедовался и, наконец, получал заветное похлопывание мечом по плечам.
Если повезёт. Потому что иногда сюзерен мог решить, что ещё не время, да и вообще молодой мужчина пока не готов. Некоторые бедолаги проживали всю жизнь оруженосцами, так и не став рыцарями. К примеру, Джеффри Чосер посвящения не дождался, плюнул на всё и стал поэтом.

2. Фатальные падения с коня


Фрагмент картины Джентиле да Фабриано, XV век. Выражение морды коня весьма говорящее

Существует довольно распространённый миф, что если всадник в доспехах упадёт с лошади, то на ноги самостоятельно подняться он уже не сможет. Якобы снаряжение очень тяжёлое. Это не так: рыцарь вполне мог в своей боевой броне и вставать, и бегать, и даже колесом ходить.
Но всё же часто воители, навернувшись с коня, обратно на него могли и не сесть. По причине своей безвременной гибели.
Фатальные падения с лошади были одной из главных причин смертности среди рыцарей. Не верите — погуглите список средневековых исторических деятелей, умерших из‑за несчастного случая с четвероногим транспортом. Филипп Баварский, король Иерусалима и граф Анджу Фульк, Вильгельм Завоеватель, его тёзка Вильгельм III, ландграф Гессен‑Марбурга, маркиз Монферратский Бонифаций IV и ещё десятки дворян погибли, сверзившись со своих скакунов.
Это происходило на охоте, на турнирах, в процессе тренировок, на войне и просто во время путешествий. Невинная конная прогулка могла убить даже высокородного дворянина, а уж мелких незначительных рыцарей, скончавшихся при таких обстоятельствах, вообще никто не считал.
Падение с коня приводило к переломам, и травмы запросто могли стать смертельными. Кроме того, рыцаря могли добить или пленить пробегающие мимо довольные противники.
Доспехи особо не спасали — скорее мешали. Всё-таки они были нужны для защиты от оружия, а не от транспортных травм, как современная мотоэкипировка.

3. Турниры, похожие на небольшую войну


Акварель, вероятно, Бартелеми д’Эйка, из Турнирной книги короля Рене, XV век

Обычно мы представляем рыцарские турниры как великолепные праздничные состязания, на которых красавцы в доспехах бьются конными и пешими, сражаясь за внимание прекрасных леди.
Проигравшему сопернику благородный рыцарь немедленно протягивает руку, помогая подняться, свято соблюдая как своё, так и чужое достоинство. А после состязания закатывается грандиозный пир, где все пьют и куртуазно вальсируют с дамами.
Возможно, примерно так оно и было веке эдак в XVI, когда сшибки на лошадях из турниров исчезли. Они были заменены праздничными конными балетами, на которых всадники в пышных костюмах демонстрировали зрителям выучку своих скакунов. Но настоящие рыцарские турниры в суровом Средневековье были куда более жёстким зрелищем: люди гибли чуть ли не пачками.
Внезапные травмы и смерти были обычным делом. А иногда убийства происходили и не случайно.
Дело в том, что у потерпевшего поражение на турнире рыцаря победитель мог законно забрать доспехи, оружие, коня или внушительную денежную ставку — а это огромные финансовые потери. Поэтому не особо богатые бойцы, поняв, что проигрыш неизбежен, могли начать сражаться насмерть, только чтобы сберечь своё имущество.

Герцог фон Анхальт на турнире, Codex Manesse, XIV век

Нередки были и конфликты на национальной почве. Например, как‑то раз на большом турнире сошлись две группы конников, французы и англичане, — по 200 бойцов с каждой из сторон. И эти горячие головы устроили разборки, чуть не окончившиеся кровопролитием.
За соблюдением правил на конном поле присматривали особые дворяне‑маршалы, но они не могли поспеть везде. И иногда случалось так, что группа рыцарей из одной команды нападала на одиночку из другой, отнимала у него оружие и брала в плен, требуя выкуп у родственников, как на самой настоящей войне.
Одним‑двумя несчастными случаями на турнире никого было не удивить, но подчас количество жертв становилось просто неприличным.
В 1240 году в конной праздничной сшибке близ немецкого города Нойс состязающиеся рыцари так увлеклись, что поубивали друг друга. Погибло около 60 человек.
Прикончить конника мог не только неприятель или оступившийся конь, но и погода. Например, в 1241 году на летнем турнире аж 80 немецких рыцарей заболели и впоследствии скончались от теплового удара, истощения и жары.
Гибель преследовала даже монархов и высокородных дворян: в 1559 году на скачках король Франции Генрих II был поражён копьём в глаз. В Англии граф Солсбери погиб в поединке на состязаниях всадников, как и его внук, Уильям Монтегю. Прям родовое проклятие какое‑то.
Но самое ужасное, что рыцарь, перенёсший страшные травмы, мог иногда… выжить. Например, вот портрет венгерского рыцаря XVI века Грегора Бачи — осторожно, слабонервным лучше не смотреть. Он получил на турнире (по другой версии, в бою с турками) копьём в глаз. Оружие прошло мимо мозга, и дворянин остался жив. Представьте, каково это — ходить с обломком копья в голове.

4. Неудачные заплывы в доспехах


Бронн и Джейме после купания. Кадр из сериала «Игра престолов»

В приснопамятной «Игре престолов» присутствует эпизод, когда Джейме Ланнистер и Бронн Черноводный прыгают в реку, спасаясь от драконьего пламени, и уплывают. И доспехи им не мешают. Через некоторое время они выбираются на берег ниже по течению, откашливаются и продолжают разговор.
В реальности же форсировать реку, если её невозможно было перейти вброд, для рыцарей было настоящей проблемой. Тем более что инфраструктура в средневековой Европе немного уступала современной и мосты в те времена были не очень распространённым явлением. А плыть в доспехах весьма затруднительно: это всё-таки не спасательный жилет, а лишние 20–25 килограммов нагрузки.
Железо не добавляет плавучести, знаете ли.
К примеру, целый император Священной Римской империи Фридрих I Барбаросса утонул при попытке пересечь реку Салиф в 1190 году, во время Третьего крестового похода. Конь поскользнулся, величество оказался в воде и сгинул там.
Или крестоносцы под командованием знаменитого Ричарда Львиное Сердце. В походе на Аскалон они потеряли кучу людей во время наводнения, случившегося из‑за сильного ливня. Бедняги, по свидетельству летописца Джеффри Винсауфа, «погружались в грязь и промокшую землю, чтобы никогда больше не встать», при этом «самые храбрые из мужчин проливали слёзы, как дождь».
Хотя, строго говоря, при определённой физической подготовке в доспехах плавать всё-таки можно — реконструкторы подтверждают. Правда, свои эксперименты они проводили в бассейне, а не в бурном потоке.

5. Убийственная еда в походах


Крестоносцы преследуют сарацин в битве при Вади‑аль‑Хазандаре, иллюстрация XIV века

Слово «цинга» обычно ассоциируется с морскими пиратами — теми, что якобы любили ром и ходили под чёрным флагом с черепом и костями. Однако средневековые рыцари в своих походах страдали от этого заболевания не меньше, а то и больше.
О здоровом сбалансированном питании с фруктами, клетчаткой и витамином C среди крестоносцев мало кто задумывался.
Тогда европейские рыцари всё больше налегали на мясо, крупы и солонину. Пища была весьма посредственного качества и плохо хранилась, поэтому они страдали от цинги. Именно это заболевание, а не войска султана аль‑Камиля, положило шестую часть французской армии во время Пятого крестового похода.
В 1218 году крестоносцы окружили египетский город Дамьетту. Осада была долгой, провизии — маловато, и в лагере христиан разгулялась цинга. Рыцари, как писали их современники, «были охвачены сильными болями в ступнях и лодыжках, их дёсны опухли, зубы расшатались и стали бесполезными, а бёдра и голени почернели». Заболевших крестоносцев постигала «мирная смерть»: перед походом папа Иннокентий III отпустил им все грехи, так что бедняги отправились в рай.

Людовик IX умирает от цинги. Фреска Гийома де Сен‑Патю, XIV век

От цинги гибли не только рядовые крестоносцы — её жертвой стал и король Людовик IX. Правда, у него провизии, в том числе и полезных фруктов, хватало.
Вот только Людовик был очень набожен и придерживался поста и воздержания в пище, как предписывала церковь праведному рыцарю. И допостился. Заболев цингой, он и его воины пользовались услугами цирюльников, не отвлекаясь от осады Туниса в Восьмом крестовом походе 1270 года.
Брадобреи лечили беднягам поражённые дёсны, отчего, как писал летописец Жан де Жуинвиль, король и его рыцари «кричали и плакали, как роженицы». Но безуспешно. Зато потом Людовика канонизировали — хоть какой‑то плюс.

6. Проблемы с гигиеной на маршах


Осада крестоносцами Антиохии. Миниатюра Жана Коломба из книги Себастьена Мамро «Походы французов в Утремер», XV век

Рассказы о том, что люди в Средневековье никогда не мылись и вообще окунались только раз в жизни — во время крещения, не более чем миф. Мытьё и тогда существовало, хотя, конечно, без современного водопровода было тяжеловато. Но ничего, рыцари справлялись: всегда можно было послать слуг подогреть себе ванну.
Но вот во время походов особо не помоешься. Особенно если походы крестовые: воды на жаркой Святой земле подчас не хватало даже для питья, чего уж говорить о купаниях.
Подолгу находившиеся на войне европейские рыцари больше страдали от небоевых потерь, чем от мечей и копий мусульман. Например, в Седьмом крестовом походе значительную часть армии упомянутого Людовика IX, его самого, а также его свиту поразила дизентерия и диарея. Бедняге пришлось бегать в туалет так часто, что в конце концов он отрезал себе заднюю часть бриджей, чтобы не тратить время на их снимание.
Причина эпидемии была в том, что рыцарям не хватало чистой воды и они нередко пили из источников, заражённых отходами жизнедеятельности. Мысль о том, чтобы кипятить воду и не ходить по нужде рядом с местом, где питаешься, была слишком новаторской для этих страдальцев.
Кроме дизентерии, плохая гигиена несла такие болезни, как туберкулёз и траншейная лихорадка (её переносят вши). По словам летописцев, мор поражал не только крестоносцев, но и их врагов, мусульман‑сарацин. В итоге несчастные с обеих сторон были больше озабочены тем, как выжить в условиях эпидемий, чем какими‑то там войнами за веру.

7. Долгие заточения в плену


Избиение пленных мусульман Ричардом Львиное Сердце. Миниатюра Жана Коломба из книги Себастьена Мамро «Походы французов в Утремер» (1474)

В фильмах и сериалах о Средневековье или его фэнтезийных аналогах рыцари постоянно бьются насмерть. Однако в реальности побеждённых врагов всё же чаще брали в плен.
Это кажется странным, поскольку мы привыкли ассоциировать эту эпоху с жестокостью. Но на самом деле пленили рыцарей не из человеколюбия, а по экономическим мотивам. Ведь они были благородными лордами, а значит, их семьи могли дать за них богатый выкуп.
Кроме того, для дворянина не убивать другого дворянина считалось признаком хорошего тона. На простолюдинов эти условности, само собой, не распространялись.
С пленением рыцарей тоже связано множество курьёзов. Так, по словам историка Реми Амбуля из Саутгемптонского университета, есть свидетельства, как некоего рыцаря захватывали аж 17 раз. Родственники давали выкуп, его отпускали, а затем он попадался снова. История, к сожалению, не сохранила сведений, что с этим недотёпой стало дальше, — вполне возможно, что он разорился.
А другой бедняга просидел в плену аж 25 лет, прежде чем его выкупили. Интересно, сколько победители потеряли денег на питании заложника? Возможно, дешевле было от него избавиться.
Герцога Карла Орлеанского же, схваченного в битве при Азенкуре, англичане вообще 24 года в Тауэре мариновали, причём без права выкупа. Тот от нечего делать увлёкся писательством и сочинил больше 500 стихотворений. Стал классиком средневековой литературы, между прочим.

8. Проблемы при капитуляции


Норманнский рыцарь убивает Гарольда Годвинсона. Гобелен из Байе, XIV век

При этом удачно сдаться в плен надо ещё суметь. Например, как‑то раз один рыцарь не успел перед боем облачиться в полный доспех, и ему пришлось сражаться в одежде попроще. Да ещё и пешим — так что его было не отличить от обычного лучника.
И когда он решил капитулировать, его не приняли, а без дальнейших рассуждений закололи копьём. Просто выглядел он не очень пафосно, и победители не поверили, что за него можно что‑то выручить.
А если же пленник был явно статусный, за него могли в буквальном смысле подраться. Поэтому, например, у англичан во время Столетней войны были введены строгие правила, как делить выкуп, если на одного и того же заложника предъявляют права несколько победителей.
Иногда пленника, который не имел семьи, отпускали, чтобы он собрал денег на своё освобождение самостоятельно.
Не только под честное слово — победители оставляли себе какой‑нибудь залог, например коня, доспехи или ещё что‑нибудь ценное. Опять же, не заплатить за своё освобождение значило пожертвовать репутацией. В следующий раз могут и не пленять, а без разговоров вмазать топором по голове.
И, наконец, вишенка на торте. Рыцарю было неприлично сдаваться неблагородным противникам. Следовательно, ему приходилось просить солдат‑простолюдинов позвать их командира, чтобы сдаться ему. Если же такового поблизости не оказывалось, перед пленником вставал вопрос: или ты поступишься со своей честью, или тебя убьют.
И дворяне находили изящное решение — по‑быстрому посвящали в рыцарей взявших их в плен солдат, чтобы не стыдно было им сдаваться. Правда, позднее со швейцарскими пикинёрами и немецкими ланскнехтами приём работать перестал.
Негодяи‑наёмники, не прельщаясь посвящением, молча добивали сдававшихся рыцарей на месте, потому что ну уж очень их не любили. Это говорила в них классовая ненависть, помноженная на личную неприязнь.

9. Соблюдение странных обетов


Дама помогает рыцарю надеть доспехи, Codex Manesse, XIV век

В зависимости от того, к какому ордену они принадлежали, рыцари обязывались соблюдать различные правила — то есть давали обеты, как монахи. В основном это были банальные задачи вроде поддержания аскезы, которые можно было периодически нарушать. Господь милостив, простит.
Но в некоторых орденах обеты были весьма… экстравагантными. Например, по свидетельству летописца Ла Тур Ландри, в обществе «Воздыхателей и воздыхательниц» XIV века было принято сидеть в шубах у камина летом, а зимой ходить на морозе полураздетыми, чтобы показать всем свою стойкость. Те, кто простудился и умер, считались мучениками.
Помереть от банальной простуды в Средневековье было проще простого. Антибиотиков не было, а доктора могли предложить больным только ртуть и кровопускание.
Кроме того, члены ордена «Воздыхателей» предлагали своих жён на ночь товарищам, когда те у них гостили, — это считалось знаком хорошего тона.
А граф Солсбери, пока длилась война его короля Эдуарда III с Францией, ходил и воевал, закрыв один глаз. И его вассалы тоже себе глаза повязкой заматывали. Это делалось, чтобы продемонстрировать французам свою крутость. Мол, мы вас и «глядя вполсилы» уделаем.

«Акколада», то есть посвящение в рыцари. Эдмунд Лейтон, XIX век

Иные рыцари клялись, что не будут есть мяса, пока не совершат тот или иной подвиг. Или отказывались от бритья и ванны. Ну или обещали питаться только стоя. Некий уникум решил не кормить своего коня по пятницам, пока не победит всех турок.
Насколько полезен голодный скакун в бою, не вполне понятно. Но, возможно, это мотивировало коня на дополнительные свершения.
Обеты давали и дамы. В 1601 году принцесса Испании Изабелла пообещала не переодеваться, пока не захватят крепость Остенде, и так и ходила в одной рубашке три года. Как видите, в Средневековье не только мужчинам, но и женщинам был не чужд дух авантюризма.
Были и более скучные обеты, которые старалась навязать рыцарям церковь. Например, не красть у крестьян домашний скот, не избивать монахов, не сжигать дома людей без уважительной причины, не помогать в совершении преступлений и бить женщин, только если они злоумышляют против вас.
Но их рыцари соблюдать не любили: нельзя же выбросить из жизни всё хорошее, что в ней есть, ради призрачного благочестия?
« 15 представителей животного мира с...
Ещё 9 фантастических находок из прошлого, о... »
  • +15

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

+4
Крестоносцы на Чудском озере доказали, что плавать в доспехах несколько неудобно